Иван Штырков: Многие просят отомстить Сильве за Емельяненко

До старта крупного международного турнира по боксу и смешанным единоборствам в Екатеринбурге осталось всего полторы недели. 18 ноября в ДИВСе в главном бою вечера сойдутся перспективный екатеринбургский боец Иван Штырков и знаменитый бразильский гигант Антонио Сильва по прозвищу Бигфут, который имеет в активе победу над самим Федором Емельяненко.

Напомним, что в этом году Иван Штырков уже отправил в нокаут другого легендарного бойца – Джеффа Монсона. Бой продлился чуть более 30 секунд, а закончилось все дракой и скандалом уже вне ринга. Мы поговорили с Иваном о том, как проходит подготовка к поединку с новым грозным соперником, который тяжелее его на 20 килограммов и выше почти на 15 сантиметров.

В разговоре с корреспондентом Е1.RU Иван Штырков рассказал, что мстить Бигфуту за Емельяненко не собирается, объяснил, почему не пожал бы при встрече руку Монсону, а также высказался против детских боев.

«Скажу, что это совершенно другой уровень соперника, это колоссальный скачок, – делится ожиданиями от предстоящего боя Иван Штырков, – не хочу обидеть предыдущих оппонентов, ко всем отношусь уважительно, но все понимают, какой уровень у Антонио Сильвы. Некоторые пытаются высказать мнение, что он не в форме – ребята, вы глубоко ошибаетесь. Он профессиональный боец и может быстро набрать форму, тем более он отписался от UFС всего две недели назад».

– Какие эмоции сейчас испытываешь перед боем?

– Я уже стал опытнее, а самый волнительный был, конечно, первый бой в ММА, его ни с чем не сравнить. А сейчас уже идет более профессиональный подход и оценка соперника, без эмоций и страха выхода на ринг.

– А тот первый бой, который был в октябре 2015 года, хорошо помнишь?

– Первый бой не помню вообще. В памяти только выход на ринг и уход – все! Адреналиновый всплеск был настолько мощный, что сам бой вообще не остался в памяти.

– Как ты пришел в ММА?

– Получилось все постепенно. Всю жизнь я занимался борьбой самбо, где нет ударов, но со временем, около трех лет назад, я решил поставить ударную технику, которая может и в жизни пригодиться, всякое же бывает. Во время тренировок я познакомился как раз с теми ребятами, которые потом практически обманом меня записали на соревнования по комплексным единоборствам, там сначала 3 минуты удары, а потом 3 минуты борьбы. Я выступил удачно, выиграл. А уже в смешанные единоборства меня пригласил Алексей Титов.

– Как ты зарабатывал на жизнь, будучи самбистом, ведь это не олимпийский вид спорта, и там, судя по всему, нет больших зарплат?

– В Олимпийскую программу его не хотят включать, поскольку тогда все медали будут нашими, это невыгодно всему миру. Да, денег больших в самбо не заработаешь, я в секции на Уралмаше был на ставке, в турнирах участвовал, так – понемножку-помаленьку. Многие думают, что мы в ММА много зарабатываем. Да, в интернете пишут, что бойцы получают десятки тысяч долларов за бои, а некоторые и миллионы, но это в UFC, и такие суммы бывают очень редко. В России сейчас тоже это развивается, но это не такие большие деньги, как многим может казаться.

– Уже просматривал бои Антонио Сильвы?

– Обычно просматриваю бои соперников только за несколько дней до выхода на ринг. Мой тренер Николай Попов уже посмотрел их и сейчас дает мне определенные установки. Но любой план на бой может пойти крахом, как только ты пропустишь удар или что-то пойдет не так. Поэтому план на бой буду варьировать во время схватки, смотря как все пойдет. Постараюсь гнуть свою линию, а там видно будет.

– Как на твой настрой влияет тот факт, что твой соперник по предстоящему бою победил самого Федора Емельяненко?

– Многие этот вопрос задают, мотивирует ли это меня, говорят отдать долг – это фраза меня вообще веселит. Типа, отомсти за Федю. Я уже отвечал, что Федор и сам кому захочет отдаст все долги. Скажу лишь одно, что победа Сильвы над Емельяненко еще раз доказывает лишь то, что он – очень серьезный соперник. Кто-то говорит, что у него хрустальная челюсть, но, повторюсь, уровень этого соперника очень высокий.

– Что значит хрустальная челюсть?

– Это такое выражение у боксеров, когда челюсть не держит удар, то есть от малейшего попадания человек теряет сознание. Про него так говорят, поскольку последние бои он проиграл нокаутами.

– Сильва – ударник или больше борец?

– Ударник.

– То есть задача – свалить его в партер?

– Ну, однозначно я бы так не сказал, тут еще проблема в габаритах, он очень большой. Я готов и бороться, и драться. Буду ориентироваться по ходу боя.

– Когда сейчас называешь твою фамилию, многие спрашивают: «А это тот, который с Монсоном бился?» Что тебе дал тот бой?

– Если честно, когда только все начиналось, когда появилось предложение по бою – я тут же согласился. Каждый сам пишет свою историю. Это была возможность выйти на ринг с легендарным бойцом. Такую главу своей жизни ты будешь потом вспоминать – я руководствовался этим, внутри все кипело, словами не передать, я провел колоссальную подготовку. Я вышел, сделал то, что должен был. Но потом, наутро после боя, открыл интернет и увидел, что там происходит. Было обидно, почему люди такое пишут, а они ведь не знают, как все на самом деле было.

– А что люди неправильно говорили?

– Что бой куплен, что Монсон травмирован, а Штырков вышел против травмированного деда. Но так не может быть в боях. Здесь есть только одно правило: если ты вышел на ринг или в клетку – бейся! Или лучше не выходи. Тут все жестко. Не важно, сколько тебе лет, какая у тебя подготовка. Ты – согласился, ты спортсмен, боец, тем более такое имя. Тут я не понял… людей-то, наверное, я не старался понять, ведь тяжело всем объяснить, я не понял самого бойца.

– Он после боя говорил, что договорился на показательный бой для зрителей, а у вас, похоже, не было никакой договоренности?

– Что значит показательный бой для зрителей? В ММА я этого вообще не понимаю. Я знаю, когда делают показательные схватки, и их так и преподносят заранее, так и объявляют. В самбо, в карате – показать технику. Но такое в ММА…

– То есть вы с ним не разговаривали до боя?

– У него были ко мне предложения, на которые я сказал – нет! Все, и решение принимай сам, выходить или нет на бой. Какой бы ты ни был звездой – ты боец. Есть кодекс, есть честь. Я не понял его, до этого я относился к нему с огромным уважением, в 45 лет быть в такой форме, мне казалось, крутой мужик. Отношение изменилось тут же. Не только мое, но и всех людей, кто всю эту ситуацию знает. Было очень обидно за этого человека. Плюс ко всему его поведение после боя…

– Почему он убежал с ринга сразу после боя?

– Видимо, такое отношение у него к зрителям. Я посчитал это неуважением. Неважно, какие там у тебя мысли, ты должен вести себя адекватно, по-спортивному, с уважением. Если не ко мне, то, по крайней мере, к людям, которые считают тебя звездой и которые пришли на тебя посмотреть. И, возвращаясь к вопросу – что мне дал этот бой, – наверное, по тому, как все закончилось, этот бой дал мне только негатив. Я бы вышел с любым другим, не таким раскрученным, простым бойцом, таким же, как я, показали бы бой, и у меня бы в жизни ничего не изменилось. А, как люди говорят, весь этот пиар, звездность, раскрутки – моя задача не в том, чтобы висеть на баннерах, а в том, чтобы делать дело, за которое тебя будут уважать. Если ты будешь делать свою работу правильно, честно, искренне, красиво, то о тебе и так заговорят и будут отзываться с уважением. Поэтому об этом бое даже не хочу вспоминать.

– Помимо работы в тренажерном зале и на ринге, что еще включает подготовка к бою?

– Кроссы, особенно много начал бегать, когда стал работать вместе с боксерами, у нас был сбор в Киргизии в условиях высокогорья, очень тяжело там делать нагрузку, мы бегали в горку, делали ускорения, столько я раньше никогда не бегал. Плюс снаряды, спарринги, постоянно по две тренировки в день… Уже, если честно, хочется выйти на ринг.

– А нет сожаления, когда бой очень быстро заканчивается? Ты несколько месяцев готовился, а бой длится меньше минуты, к примеру…

– Нет, это очень хорошо, когда бой быстро заканчивается. С точки зрения здоровья — это хорошо, легко отделался, как говорится. Вышел, нокаут, молодец! Если же с позиции опыта говорить, то сам бой тоже учит, ты варьируешь тактику. Сложно выходить против человека, который умеет проводить долгие бои. Но если ты готов к этому, то разницы нет.

– У бойцов ММА есть дружба за пределами ринга?

– Конечно, есть. Я в ММА недавно и не скажу, что с кем-то из соперников много общался, но после боев мы всегда пожимаем руки, с уважением относимся. Это и есть то поведение, которое должно быть. Когда я выхожу на бой, у меня нет неприязни или злости на соперника. Просто у меня задача победить его, ничего личного.

– Наверное, для тебя Монсон – единственный, кому руку не хотелось бы пожать?

– Да, это так, после его такого поведения.

– А если он реванш захочет, пойдешь?

– С удовольствием. Он ведь даже что-то предлагал. Но, во-первых, давайте будем честными, все выходят за деньги. Тем более этот человек – точно. Бесплатно он не выйдет. А по-другому кому нужен это бой? Организаторы уже поняли, как он себя ведет. Там же не только были моменты со мной, он и организаторам претензии предъявлял. С ним неприятно было работать.

– Федор Емельяненко выступил с резкой критикой детских боев в Грозном, твое мнение?

– Я поддерживаю его. Боями должен заниматься подготовленный человек, не ниже мастера спорта. И дело даже не в ушибах и переломах – они заживут, главное, что это огромный психологический удар по ребенку. Тем более эти бои проводились в клетке. Знакомые бойцы рассказывают, что, когда ты заходишь в клетку, такое ощущение, что ты, как зверь, ты в Колизее, все, бежать некуда, это как в комнате со львом тебя закрыть, только ты и соперник. С ринга-то ты хоть можешь сползти, если побоялся вдруг, а в клетке нет выхода. Там такие эмоции пробуждаются, с которыми даже взрослый не может совладать – выйдут один раз и потом вообще не могут больше на ринге находиться, а тут – дети. Пройдет 10–15 лет, и эти ребята это не забудут, это может сказаться на них вообще непонятно как.

– А ты сам заходил в клетку?

– Да, я тренировался в школе "Шторм" в Омске, у них есть клетка, я заходил, отрабатывал некоторые моменты. Вокруг друзья, знакомые люди, тебя никто не собирается бить, но ты заходишь в клетку и становится не по себе. Я, думаю, что в скором времени я проведу бой в клетке.

– Чем увлекаешься кроме спорта? Может, ты готовить любишь?

– Пытался научиться, но готовить – это не мое. Почитать иногда люблю, разгрузить голову. Люблю компьютерные игры, в основном аркады, стрелялки, бродилки. Кто играет – знает. Но только чтобы просто отвлечься, не до фанатизма. Когда еще по самбо ездил на соревнования, утром ехать на поезде, перед этим всю ночь обычно сидел за компьютером. Еще, бывает, вес гоняешь, по 8–9 кг сушишь, сел играть, голова отключается, есть не хочется. А хобби у меня – тоже спорт. Очень увлекся год назад лыжами, поставил коньковый ход, просто в удовольствие катаюсь, еще в футбол могу поиграть, раньше неплохо получалось, также волейбол, настольный теннис. Сейчас бой проведу – открою лыжный сезон.

Текст: Иван Веденин; Фото: Артем Устюжанин / Е1.RU; Titov Boxing Promotions; Инфографика: Titov Boxing Promotions.

КОММЕНТАРИИ()