Камару Усман рассказал о единственном поражении

Чемпион UFC в полусредней весовой категории Камару Усман поделился воспоминаниями о первом своем поражении в подкасте комментатора UFC Джо Рогана.

«У меня одно поражение. Это был мой второй бой в карьере. Хосе Касерас. Я принял бой с двумя неделями подготовки. После первого боя прошло около восьми месяцев. Вот вам урок, молодым бойцам. Все думают, что могут драться каждый месяц или на каждой неделе. Нет. Я провел первый бой и решил, что это хорошее начало карьеры. Но до того, как я получил второй бой, мне отказали 22 соперника. Потому что все могут погуглить и увидеть что я чемпион страны по борьбе. Все хотят в UFC и стараются создать себе лучший рекорд, чтобы прийти непобежденным. Никто не хочет драться с бойцом. Никто не хотел сложных боев. А я мог держать соперника в партере два раунда и одержать победу. Никто не хотел драться. Прошло много месяцев пока искали соперника. И когда подвернулся этот бой, я просто послал все и согласился.

Честно признаться, я никогда до этого боя не занимался грепплингом, не практиковал джиу-джитсу. Я думал, что своими навыками борьбы я смогу сломать все их атаки. В бою я выбросил двойку, пошел в ноги, и за тридцать секунд перевел его в партер. Я наносил удары и понятия не имел, каков дальнейший план. Я просто бил кулаками и локтями. Хосе очень высокий, длинные конечности. Он обхватил ногами мой корпус. Я никогда такого не видел прежде. Я тогда даже не мог понять что он делает и как с этим мне работать. Я стал паниковать и решил выбираться из обхвата. Я повернулся в сторону, чтобы просто встать и отойти. Но так нельзя делать. Он просто вскарабкался по моей спине. А мы даже вспотеть не успели. И в итоге я стою на ногах, а он висит на мне за спиной.

Он одной ногой опирается на пол, руками ищет возможность удушающего. Кажется, минуты полторы я просто стоял и ничего не делал, а только старался не позволить ему задушить себя. Тогда я мог думать только об одном: «Вот, черт! Я не могу валить его в партер, потому что не знаю, что там делать». Я не знал, как там защищаться. А этот парень, похоже, знал, что он делает. У него было несколько боев уже.

Я был напуган. Ноги стали тяжелыми, начали трястись. Я думал: «Я сильный мужик, какого черта у меня ноги трясутся. Вот черт, я сейчас проиграю бой». Затем в голове начали возникать случайные мысли. Перед боем на встрече со Спортивной комиссией мне сказали, что после потери сознания от удушающего последует отстранение на шесть месяцев. Эти шесть месяцев нельзя драться. Я был крутым и думал, что никто меня не сумеет задушить. Понадобилось восемь месяцев, чтобы получить этот бой и то с двухнедельной подготовкой. Я на абсолютной мели без денег. Я живу в доме у Рашада Эванса. Мне нужны деньги. И в следующие шесть месяцев мне тоже нужны деньги. Все эти мысли промелькнули в голове.

А в это время в его углу его брат Алекс кричал: «Он сдастся, он сейчас постучит». Я разозлился, потому что теперь и с этим приходилось разбираться. Но я сказал самому себе, что нельзя получить отстранение на полгода. «Я знаю, что ты хочешь быть крутым, хочешь сражаться и уснуть, но нельзя получить отстранение на полгода». И я постучал [ругательство], Джо. Постучал. Я никогда себя так не ощущал. Я пообещал себе, что никогда подобного не допущу в будущем. Я купил ги, и начал тренироваться с тренером. Это он дал мне черный пояс».

КОММЕНТАРИИ(0)

ГОЛОСОВАНИЕ

Василий Ломаченко — Энтони Кролла / 12 апреля

й